Дикие сородичи сельскохозяйственных культур хранят огромный запас генетического разнообразия, утраченного при одомашнивании. Это богатство помогает понять, как растения приспосабливаются к стрессовым условиям среды, и открывает новые пути для селекции. Впервые сделать этот ресурс доступным для изучения на уровне целого рода смогла международная научная группа под руководством Института генетики растений и исследований сельскохозяйственных культур имени Лейбница (IPK). Результаты исследования опубликованы в журнале Nature.
Как устроен первый пангеном рода Hordeum
Предыдущие пангеномные проекты ограничивались изучением самого культурного ячменя, его ближайших диких форм в рамках вида Hordeum vulgare, а также родственного вида Hordeum bulbosum. Пангеном объединяет генетическую информацию множества растений, позволяя выделить как общую для всех видов базу, так и уникальные вариативные участки.
В новой работе ученые расширили этот подход на весь род Hordeum. Исследователи сравнили 27 образцов растений, представляющих 25 видов рода, включая все признанные диплоидные виды и отдельные полиплоидные представители. Для анализа применялись высококачественные сборки геномов, позволяющие изучать структуру генетического материала на уровне отдельных хромосом.
Скрытый двигатель эволюции: регуляция генов
Одно из главных открытий касается того, как именно гены взаимодействуют с механизмами их управления. Сами последовательности ДНК, кодирующие белки, у разных видов ячменя остаются очень похожими. Однако регуляторные области, которые определяют, когда, где и насколько активно работают эти гены, эволюционируют гораздо быстрее.
«Наши результаты показывают, что геномы близкородственных видов растений различаются не только по генам, но и по последовательностям ДНК, регулирующим активность генов, — объясняет координатор исследования в IPK доктор Мартин Машер. — Таким образом, геномы диких видов ячменя открывают новые возможности для понимания эволюции важных признаков и исследования ранее неизученного генетического разнообразия».
Подсказки диких видов: секрет цветения без холода
Влияние регуляторных различий наглядно проявилось при анализе времени цветения — признака, напрямую определяющего урожайность. Озимому ячменю для запуска цветения необходим длительный период низких температур (яровизация), тогда как некоторые дикие виды Hordeum способны зацветать без холодового стимула.
Изучая дикий южноамериканский вид Hordeum cordobense, ученые обнаружили особое расположение копий генов. Такая структура приводит к выработке малых молекул РНК, которые блокируют работу гена, в норме сдерживающего цветение. В сочетании с изменениями в ключевом гене цветения это показывает, что дикие злаки используют те же генетические контрольные точки, что и культивируемые яровые и озимые сорта.
Перестройки хромосом, «прыгающие гены» и обмен с просовыми
Сравнение геномов показало, что архитектура хромосом ячменя в ходе эволюции менялась неравномерно. Центральные участки хромосом вблизи центромер, которые отвечают за правильное распределение генетического материала при делении клетки, подверглись гораздо более масштабным перестройкам и инверсиям (разворотам участков ДНК), чем внешние края. Внешние же области сохранили следы древней межвидовой гибридизации, из-за чего эволюционная история рода напоминает сложную сеть с неоднократным обменом генами между разными линиями.
Помимо этого, ученые выявили 611 генов, попавших в ДНК дикого ячменя путем горизонтального переноса — то есть вне обычного наследования от родителей к потомству — от злаков подсемейства просовых (Panicoideae). Многие из этих заимствованных генов активно считываются в растениях-реципиентах, хотя ученым еще предстоит выяснить, дают ли они какие-либо эволюционные преимущества.
Примечание AGRO XXI
Однако, из того, что известно на сегодня по этому поводу, теоретически горизонтальный перенос генов (ГПГ) от злаков подсемейства просовых (Panicoideae) может дать ячменю готовые эволюционные адаптации к засухе, жаре, засолению почв и патогенам, которые в ходе обычной эволюции формировались бы миллионы лет.
Ячмень (Pooideae) и просовые (Panicoideae) разошлись в эволюции около 60 миллионов лет назад и не скрещиваются обычным путем. Просовые (просо, сорго, кукуруза) — это преимущественно теплолюбивые засухоустойчивые растения тропиков и субтропиков, тогда как ячмень исторически адаптирован к более умеренному климату. Заимствование генов у соседей позволяет обойти этот барьер.
Что именно могут давать такие гены
• Устойчивость к температурному стрессу и засухе. В исследованиях диких видов ячменя (например, в работе Института экспериментальной ботаники Академии наук Чехии) уже отмечена прямая связь между наличием заимствованных у проса (Panicum) генов и температурными характеристиками среды обитания растений. Такие гены часто связаны с реакцией на абиотический стресс — экстремальную жару, нехватку воды и засоление почв.
• Элементы эффективного C4-фотосинтеза. Многие просовые используют C4-фотосинтез, который позволяет растениям эффективнее усваивать углекислый газ при высоких температурах, ярком солнце и дефиците влаги (теряя меньше воды через устьица). У ячменя — менее экономный в жару C3-фотосинтез. В ботанике уже известны случаи (например, у злака Alloteropsis semialata), когда травы получали ключевые ферменты C4-фотосинтеза именно путем горизонтального переноса от других злаков. Даже частичное включение таких метаболических путей повышает стрессоустойчивость C3-растений.
• Защита от болезней и вредителей. Согласно обзорам по эволюционной роли ГПГ у растений, заимствованные у других видов гены часто кодируют ферменты вторичного метаболизма. Они помогают синтезировать защитные соединения против грибков, бактерий и токсинов насекомых-вредителей, с которыми ячмень ранее не сталкивался.
• Ускорение эволюции без «метода проб и ошибок». Вместо того чтобы ждать случайных полезных мутаций в собственных генах, растение получает уже «отлаженный» в природе рабочий блок ДНК, который сразу начинает считываться (транскрибироваться).
Впрочем, тот факт, что 611 генов от просовых активно считываются (транскрибируются) в диком ячмене, еще не гарантирует, что все они приносят пользу. В эволюционной биологии такие гены условно делят на «драйверы» (реально помогающие выжить) и «автостопщиков» — нейтральные вставки, которые случайно закрепились в геноме рядом с полезными участками или за счет мобильных элементов. Поэтому ученые проверяют каждый из этих 611 генов, чтобы отделить «балласт» от реальных инструментов адаптации.
Различия в размере генома между видами самого дикого ячменя во многом объясняются разным накоплением транспозонов — «прыгающих генов», способных оставлять дополнительные копии самих себя и составляющих в среднем 86% от всего объема проанализированных геномов. Кроме того, в сопутствующем исследовании ученые выделили ген EOG1, регулирующий развитие колосковых чешуек. Это подтверждает, что сравнение диких видов помогает точно расшифровывать функции генов у культурных растений.
Созданный пангеном рода Hordeum формирует фундаментальную карту для поиска новых генетических вариантов — в том числе тех, которые отвечают за сроки созревания и устойчивость к болезням. Чтобы определить, какие именно из этих природных механизмов можно безопасно и эффективно перенести в коммерческие сорта ячменя, исследователям потребуются дальнейшие функциональные тесты и селекционные испытания.
Источник: Leibniz Institute of Plant Genetics and Crop Plant Research.
На фото: ингибирование развития колосковых чешуек транскрипционным фактором с цинковым пальцем типа C2H2. Иллюстрируется работа упомянутого гена EOG1, который кодирует именно этот белок и в норме сдерживает чрезмерный рост колосковых чешуек (а при его поломке у мутантов чешуйки сильно удлиняются). Источник: Nature.


