В Подмосковье состоялся сырный фестиваль, посвященный двухлетию введения антироссийских экономических санкций

 

За почти ажиотажной картиной сырной ярмарки, которую организовал молодой подмосковный сыродел Олег Сирота, таилось другое чувство, кроме сугубо гастрономического. Я бы назвала его “патриотическим любопытством” – именно так можно определить тот энтузиазм, с которым любители сыра как из Москвы, так и изо всех окрестных деревень Истринского района отозвались на призыв Сироты поддержать отечественного производителя, пишет обозреватель КП Галина Сапожникова. Он думал, что на праздник к нему приедет человек 200. Прибыли тысячи… “Придется делать шоссе”, - не очень весело пошутил, оглядывая это веселое безобразие глава администрации Истринского района Андрей Дунаев. К следующей годовщине введения санкций ему эти слова, конечно, припомнят. Народ, способный намотать десятки километров ради кусочка хорошего сыра – он, знаете ли, очень вредный народ…

Нам еще повезло: приехав за час до официального открытия фестиваля, мы увидели ответ России на европейские санкции во всем его великолепии: в десятках прекрасных сырных голов, в шуршащих фирменных пакетах, в щедрых дегустационных кусочках, которыми производители сыров делились с покупателями, наконец, в неповторимых ароматах, которые окутали всю деревню. А вот те, кто смогли втиснуться на импровизированную парковку на зеленом лужке всего часом позже, застали пустые прилавки. Съели все! И уже через 40 минут после официального открытия Олег Сирота объявил в микрофон: в одни руки отпускать только по 300 граммов сыра – дабы продлить всеобщее удовольствие. Народ взывл, но правила игры принял. Но все равно сыра всем не хватило.

Итак, что мы имеем? Санкции, которые почти во всех сегментах продовольственного рынка пошли России только на благо. Ну ведь правда же – мы выучили названия российских рыб, которых раньше и знать не знали, потому как все прилавки занимал норвежский лосось. Замену венгерских помидоров на волгоградские и краснодарские не заметили вообще, персики от всей души полюбили крымские, без польских яблок вообще не страдали ни дня. А вот сырный сектор – тот, конечно, пострадал больше всех... Особено это видно по прилавкам в супермаркетах. Даже в Москве, не говоря уж о провинции. Этот вопрос каждый из нас решал по-разному – кто тащил полные котомки из заграничных отпусков и командировок, кто пробовал варить на кухне сыр сам, испугавшись газетных рассказов о пальмовом масле. Признаюсь: мы в семье попробовали оба варианта. И в конце концов остановились на третьем: стали объезжать подмосковные сыроварни и изучать смелые эксперименты отечественных сыроделов, фиксируя явные перемены в лучшую сторону. Два года назад ферм, куда мы совершали набеги в поисках куска достойного сыра, были единицы. Сейчас – десятки. “Полки поначалу опустели, и их заняли те, кто успели быстро нарастить объемы, - подтвердил наши выводы на “круглом столе” для сыроделов энтузиаст сырного движения, вледелец бутиков “Сырный сомелье” Александр Крупецков. “Но потом люди поняли, что санкции – это надолго и в эту область потекли инвестиции”.

Но в масштабах страны этого недостаточно. По-настоящему качественных сыров до обидного мало. Отсюда и цены, которые наши сыровары назначают за свои произведения сырного искусства. Не ползарплаты, конечно, но все равно: отдавать полторы-две тысячи за три небольших кусочка отнюдь не французского и не итальянского сыра, как-то неправильно. Может быть, именно поэтому 99 процентов российских сыроваров постоянно подчеркивали: у нас сыр по старинному наифранцузейшему рецепту, в самой Франции давно утерянному, но вернувшемуся в жизнь исключительно благодаря им… Десятки одинаковых “камамберов” и “дор блу” российского производства смешались в корзинке потребителя, как одинаковые пластиковые мячики, не разберешь – где чей? “Не берите популярные позиции, идите сложным путем! Ищите свое, неповторимое!” – призывал сыроделов директор Петровского фермерского рынка Андрей Аверьянов, одетый, как и Олег Сирота, в косоворотку.

Истинную национальность сыров подчеркивал, пожалуй, только сам организатор фестиваля и владелец сыроварни: “Русский пармезан” – ну так к его прилавкам и очередь была самой большой. “До революции, - рассказывал Сирота, - Россия производила много сыров и даже получала медали на международных выставках”. То есть, нам есть к чему стремиться. До Швейцарии в этом деле мы, конечно, никогда не дотянем, но до Аргентины и Туниса (страны-ориентиры в сырном мире – Г.С.) - вполне. Главная проблема, как выяснилось на “круглом столе” – не отсутствие в России альпийских лужков, а качество отечественного молока, которое сыроделов категорически не устраивает. Для сыроварения подходит молоко швейцарское, которое на просторах Калужской области умудряется добывать швейцарец Ханспетер Михель. Каким образом? Он скромно улыбался, а его визитка поплыла по рукам толпы, облепившей пресс-конференцию и потеснившей с привычных мест журналистов, и не скоро к нему вернулась: – ее перефотографировали, передавая по рядам, десятки лиц.

“Кто все эти люди, примчавшиеся на пресс-конференцию с диктофонами и блокнотами, но разительно отличающиеся от нашего брата-журналиста несвойственным для нас блеском в глазах?” – видимо, вслух подумала я.

Прозвучавший из-за спины ответ был неожиданным:

- А вы разве здесь не для того, чтобы открыть собственную сыроварню? – удивились моему вопросу сразу несколько человек.

Я тихонько попятилась, почувствовав себя чужой в этом стане. Стоять рядом с ними плечом к плечу и ничего не варить было уже даже стыдно. Тем более, что ситуация этому благоприятствует: санкции, как известно, будут продлены до 31 декабря 2017 года. Услышав это, Олег Сирота - при всем замоте, в котором может пребывать в день фестиваля его главный организатор - расцвел и едва не начал обниматься.