В ФРГ биофермерство — это не просто способ выращивания овощей и фруктов без минеральных удобрений, это целая философия. Сама идея прекрасна. Но все решает потребитель. а он думает кошельком. И не в пользу экологически чистых продуктов

 

 

Химия — не жизнь
Быть биофермером в Германии очень модно и почетно. Впрочем, в старые времена все фермеры были «био». Но потом появились минеральные удобрения, и сельское хозяйство превратилось в то, что мы сегодня называем агропромышленным производством. Только очень медленно биологический способ ведения хозяйства снова отвоевал свое место в растениеводстве — прежде всего благодаря таким фермерским объединениям, как Demeter и Bioland. Они предъявляют к своим членам более строгие требования, чем действующая сейчас директива Евросоюза.
Фермеры, которые в свое время организовали союз Bioland, хотели в первую очередь избавиться от химических компонентов в удобрениях, от концентрированного корма и пестицидов, от зависимости, в которую попали после повсеместного внедрения синтезированных добавок, и самостоятельно решать, что должно попадать на их поля.
Но отказаться от пестицидов и минеральных удобрений возможно только если поддерживать природный состав почвы. Поэтому очень важны микроорганизмы в земле и круговорот «почва — растение — животное — человек». Эти предположения агронома Ханса Мюллера, который в 1940-х годах вел курсы для фермеров в Швейцарии, подтвердил современный немецкий ученый Петер Руш. Они оба заложили основы органического сельского хозяйства.
Однако движение «био» приняло массовый характер только в 1970-х годах, когда усилилась борьба за чистоту окружающей среды. Тогда же возрос спрос на экологически чистые продукты. Союзы Demeter и Bioland установили свои правила: как биофермеры должны обрабатывать землю, сколько места требуется для разведения животных и какие средства допустимы. А в 1991 году появилась первая соответствующая директива ЕС. С этого момента было урегулировано, каким требованиям должен отвечать биопродукт.
Правда, постановление ЕС касалось только продукции растительного происхождения. В 1999 году в директиву включили также стандарты для животноводства. А вот немецкий биознак — белый шестиугольник с зелеными гранями, означающий биокачество, ввели только в 2001 году.
Периодически в прессе появляются сообщения о том, что в некоторых биохозяйствах и курятниках на один квадратный метр приходится больше птиц, чем допускается предписаниями. И тогда начинается настоящее кудахтанье и в газетах, и по ТВ, и просто среди народа. Ну между простыми потребителями понятно, почему. Это значит, что они купили биопродукт по более высокой цене, хотя он, по правилам, не должен был так называться и столько стоить.

Пестициды? Ветром надуло…
А это ну никуда не годится...
В 2011 году произошел скандал с итальянскими и румынскими биопроизводителями, выдававшими обычную продукцию за экологически чистую. Речь тогда шла о продажах на общую сумму в 220 миллионов евро. Немцы рвали и метали. Это был настоящий обман и очень опасно для здоровья, как они считали. Комиссия ЕС отреагировала на эти скандалы предложением коренным образом изменить действующую сейчас директиву ЕС.
Основным изменением, предложенным ЕС, является сильное понижение допустимой верхней границы содержания в биопродукции пестицидов и следов генной инженерии (генно-модифицированных организмов — ГМО). Биопродукты должны стать такими чистыми, как питание для новорожденных — с допустимыми показателями, близкими к нулю. Так решили эксперты и чиновники в Брюсселе.
В настоящий момент на биоовощи, биофрукты и органические зерновые культуры распространяется общая контрольная цифра в 0,010 миллиграмма пестицидов на килограмм биопродукта — так же, как на обычные. Вы подумаете — как же так, ведь при выращивании сельскохозяйственных биокультур запрещено использовать пестициды... Да, это так. Биофермеры их не применяют, но они работают не под стеклянным колпаком. Поля фермеров, ведущих хозяйство биологическим способом, часто находятся рядом с угодьями обычных сельхозпредприятий, и при сильном ветре пестициды при опрыскивании растений могут попасть на соседнее биополе.
Вот и получается, что биопродукты также могут содержать пестициды и нитраты, хотя и в намного меньшем количестве, чем обычные. Если бы предложения ЕС приняли, в конечном итоге биофермеры были бы наказаны за ущерб, который причиняют природе традиционные хозяйства. К тому же им пришлось бы самим оплачивать расходы на анализ продукции, и, если оказалось бы, что она содержит химические средства, они остались бы без прибыли. Тогда биоспособ ведения хозяйства был бы связан с большим риском и многим фермерам пришлось бы отказаться от него.
Острой критике подверглось также предложение использовать в органическом сельском хозяйстве исключительно экологически чистые семена, корм для животных и племя для выведения молодняка. В настоящий момент на рынке их просто не хватает. Особенно много споров вызвала идея впредь осуществлять контроль только с помощью государственных контролеров пищевых продуктов. Дело в том, что уже сейчас в секторе традиционного сельского хозяйства слишком мало контролеров. По мнению заинтересованной стороны, было бы разумнее усилить контроль со стороны государства над частновладельческими контрольными органами, которые сейчас контролируют биофермеров.

Борьба естественного с выгодным
Понятно, что для меня, потребителя, все перечисленное выше логично и все требования, вроде бы, в моих интересах. Но, с другой стороны, что мне дадут такие строгие правила, когда их некому будет выполнять?
Доля биологического сельского хозяйства в Германии и так составляет всего лишь 6,4% от общих сельскохозяйственных площадей. Их усиленно вытесняют фермеры, специализирующиеся на выращивании растительного сырья для биотоплива, — кукурузу, рапс. Их государство субсидирует в большей степени. Биотопливные растения уже сейчас занимают пятую часть земель в Германии.
В борьбе против предложений Европейской комиссии у биоотрасли много союзников — пищевая промышленность, федеральное правительство, защитники прав потребителей и окружающей среды. Немецкий крестьянский союз требует от политиков воспрепятствовать принятию плана.
Федеральный министр сельского хозяйства Кристиан Шмидт полагает, что предложенный комиссией проект не усилит, а только ослабит органическое сельское хозяйство, и министерство не может этого допустить.
В Брюсселе Шмидт организовал сопротивление в рядах министров сельского хозяйства других европейских стран. Но даже если коллективный протест увенчается успехом, для биофермеров это слабое утешение. Окончательный вариант реформы директивы ЕС будет принят только в 2016 году. Кто из обычных аграриев в условиях такой нестабильности решится перейти на биологический способ ведения хозяйства — вопрос риторический. Но, честно говоря, ответ можно предположить.
Насколько сильно заявления политиков подвергнуты постоянным изменениям, биофермеры испытали на себе на примере экопремии. Когда в земельной кассе не хватает денег или к власти приходит другое правительство, обещанные дотации быстро снижаются. Провинция Бранденбург, например, в период с 2011 по 2013 год вообще финансово не поддерживала фермеров, перешедших на биоспособ ведения хозяйства.
Зато в Баден-Вюртемберге, Нижней Саксонии и Шлезвиг-Гольштейне в настоящее время посты министров сельского хозяйства занимают «зеленые», которые существенно повысили экопремию. Но уже на следующих выборах ситуация может измениться. В то время как субсидии для установок по производству биогаза гарантированы фермерам, выращивающим биотопливные растения, на следующие двадцать лет, биофермеры отданы на произвол постоянно меняющейся политической власти.

Заграница им поможет
Каким же образом Германия будет удовлетворять все больше и больше возрастающий спрос на биотовары? Ответ прост — их будут ввозить из-за границы, где производство обходится намного дешевле, что широко практикуется уже сейчас. С 2009 по 2012 год импорт одних только зерновых культур вырос на 37%. Около 10% биологически чистых яиц и 50% биояблок привозят из-за рубежа, так же, как и пятую часть зерновых — большей частью из Венгрии, Румынии и Украины.
В супермаркетах продаются томаты из Израиля, ранний картофель из Египта, соя из Китая, Бразилии и Индии. Биотоматы, которые покупатель-сторонник «био» сегодня приобретает в магазинах, очень редко выращены в крестьянском хозяйстве по соседству. Как правило, их привозят из Испании, где они растут под пленкой на огромных плантациях — точно так же, как обычные. Вместо того, чтобы продавать продукты в регионах, биотоматы, огурцы и артишоки везут на грузовиках через весь континент. У таких овощей и фруктов от «био» осталось только то, что при их выращивании не применяли пестициды.
Дешевый импорт из-за границы сбивает цены на биопродукты в Германии, товар становится анонимным, безликим. Проблема в том, что сейчас рассматривается только конечный продукт, а не процесс производства с его благоприятным воздействием на человека, окружающую среду и животных. Чем больше крупных фирм занимаются массовым производством биопродукции, тем больше органическое сельское хозяйство отдаляется от своей первоначальной идеи.
Идеалом биодвижения были мелкие фермерские хозяйства со счастливыми, пасущимися на лугу коровами, навозом которых удобряются поля. Сегодня многие сельскохозяйственные предприятия специализируются либо на разведении животных, либо на растениеводстве, а это значит, что они разделены. Все больше фермеров комбинируют биологический и обычный способ ведения хозяйства — ведут их параллельно. Для них «био» просто другой вариант — более прибыльный — зарабатывания денег.
Стандарты, действующие в обычных супермаркетах, стали применять и к биотоварам: кривые огурцы и яблоки с пятнышками отсортировывают — вместо того, чтобы продавать их такими, какими они выросли. Такими, какими их, как говорится, сделала мать-природа.

 

Источник: Светлана Фельде (Леверкузен, Германия) / mk-kz.kz