Каждую весну фермер Владимир Шрайбер, переехавший из России в Германию, возвращается в родные места в Поволжье, чтобы посеять пшеницу и другие культуры. Больше 20 лет назад аграрий решил внедрить в зоне рискованного земледелия технологию минимальной обработки почвы. Новатор надеется, что давно известная в Европе и США агротехнология получит признание и на родине.  

«Нулевую» технологию осваивал методом проб и ошибок

Предки Владимира Шрайбера из Краснокутского района Саратовской области были землепашцами. Во всех поколениях, начиная с того, что обосновалось в Поволжье, в колонии Шиллинг, во второй половине XVIII века, приехав сюда с юго-запада нынешней Германии и привезя с собой передовую для того времени систему обработки почвы и эффективные сельхозорудия.

Владимир Шрайбер в середине 70-х годов окончил Саратовский институт механизации сельского хозяйства, работал электриком. Трудился с самоотдачей, в последний год существования СССР награжден орденом «Знак почета». В начале 90-х годов появилась возможность начать свое дело. Тогда землю в родном Краснокутском районе поделили на паи и раздали сельчанам. Так Владимир Шрайбер стал фермером.

Сейчас он обрабатывает 7300 га земли, а начинал когда-то с 1400. Первое время применял традиционную технологию обработки земли, включающую в себя вспашку, культивацию, боронование и т.д. Затем решил использовать не очень широко применяемую в России технологию минимальной обработки почвы.

«В Германии ее широко используют небольшие фермерские хозяйства, а в США и Канаде она давно получила признание», - рассказывает Владимир Шрайбер. – «В этом плане Россия по внедрению данной агротехнологии отстает на 40 лет. Для меня было откровением, когда узнал, что продажа плугов в США законодательно запрещена. Но чужой опыт применения технологии нельзя просто перенести как кальку на свою почву. Я веду хозяйство в районе рискованного земледелия, где часто бывают продолжительные засухи. В таком случае даже передовые инновации не всегда спасают от неурожая».

Осваивать новый метод обработки почвы пришлось методом проб и ошибок. Фермер изучил труды русских ученых-новаторов Ивана Овсинского и Терентия Мальцева. Особое впечатление на него произвела книга американца Эдварда Фолкнера «Безумие пахаря». Владимир Шрайбер ездил на Украину, в Липецкую область, чтобы посмотреть систему в действии.

«К сожалению, в России нет методики, нет обобщенного научного труда об использовании технологии минимальной обработки почвы в разных климатических зонах, - говорит фермер из Краснокутского района. – «Опытным путем я выяснил, что, например, ячмень не дает хорошую урожайность, если не применять пахотную технологию. Обращался за помощью в НИИ сельского хозяйства Юго-Востока в Саратове за рекомендациями – какие сорта сельскохозяйственных культур лучше возделывать при моем подходе к обработке почвы. Но ответов на свои вопросы так и не получил. Ученые больше ориентируются на традиционную пахотную технологию и разрабатывают под нее новую линейку сортов. При внедрении нулевой системы обработки почвы я сделал всевозможные ошибки. Средний показатель снижения урожайности, приблизительно на 25–30%, продолжается при внедрении такой технологии в среднем около пяти лет. У меня он затянулся еще на несколько. Только затем начался рост урожайности. Теперь она не ниже, чем в целом по Краснокутскому району».

Затраты хозяйства снизились до 30% в год

По мнению Владимира Шрайбера, щадящая система обработки почвы со временем помогает повысить ее плодородие, сохранить влагу. Она благотворно влияет и на экологию, поскольку уменьшаются выбросы в окружающую среду.

Но самый большой плюс – в экономии: снижается норматив затрат на обработку почвы (солярки нужно в два раза меньше), идет уменьшение трудозатрат и расходов на запасные части для сельхозорудия и на технику.

«Любой руководитель сельхозпредприятия задумывается над тем, как снизить себестоимость конечной продукции. Я решил, что от земли нужно брать только необходимое, а максимально возможное оставить. В хозяйстве сейчас нет ни одного плуга, обработка пашни идет дискаторами, культиваторами. И только весной. В зиму дискуются только поля под подсолнечник, под зерновые – в исключительных случаях. Это позволяет не разрушать естественную структуру почвы. Вся органика возвращается в землю, обогащая ее. Кроме того, в почве живут анаэробные и аэробные бактерии, от которых зависит ее плодородие. Их естественная среда обитания также не нарушается», – поясняет Владимир Шрайбер.

Сейчас в хозяйстве Владимира Шрайбера четыре современных комбайна вместо восьми устаревших «Енисеев» и восемь механизаторов. Фермер оценивает снижение текущих расходов на 25–30% за год. На сэкономленные средства он закупает новую импортную технику, семена, удобрения.

«Конечно, минимальная обработка почвы существенно уменьшает затраты, но в последние год-два, если честно, даже эта экономия не помогает. Очень сильно выросли цены на металл, дизтопливо, масла для сельхозтехники, тарифы на энергоресурсы и этот список можно продолжить. При такой экономической системе трудно рассчитать рентабельность сельхозпроизводства. Еще несколько лет назад я тратил 6 млн рублей на закупку солярки на год. Сейчас уже более 10 млн. А цена на сельхозпродукцию с такой скоростью, как топливо, не растет. Мало того, ее формирование непредсказуемо. Закупочная стоимость пшеницы изменяется у всех посредников одновременно, без учета складывающейся ситуации на мировом рынке зерна. В этом году аграрии еще и потеряли по 3-4 тыс рублей с тонны зерна из-за введения экспортных пошлин. Это может привести к разорению крестьян, для которых главная задача становится не вырастить продукцию, а хорошо продать», - считает фермер-новатор.

Новации должны внедрять молодые агрономы

В 2011 году Шрайбер с семьей переехал в Германию. Но землю бросить не смог. «Агробизнес – это не цех и не завод, которые можно закрыть навсегда или на время, землю нужно обрабатывать», – объясняет потомственный землепашец.-  «К тому же такого количества земли купить или арендовать в Германии невозможно, поскольку цены на нее намного выше. Поэтому я не собираюсь бросать в России свое хозяйство».

Фермер признался, что мечтает о распространении в нашей стране технологии, которая давно получила признание в европейских странах. Однако консерватизм руководителей сельхозпредприятий и недостаток молодых специалистов стали главными препятствиями для внедрения инновации:

«К технологии минимальной обработки почвы в нашей стране проявляют интерес, но она не дает быстрой отдачи в экономическом плане», - считает Владимир Шрайбер. – «Когда перестраиваешь уклад в своем хозяйстве, экономику, всегда рискуешь. Так вот не все готовы рискнуть. Многие, попытавшись, и увидев снижение урожайности, вновь возвращаются к пахотной технологии. Мне бы очень хотелось передать кому-то свои наработки, опыт земледелия. Жаль, что сейчас в село не приезжают молодые специалисты. Не хватает агрономов, которые смогли бы перенести на российскую почву мировой опыт земледелия».