Интервью директора Ассоциации «АГРОБИЗНЕС» Дмитрия Вострикова

- Что вы думаете о необходимости развития в России глубокой переработки зерна?

- Развитие рынка глубокой переработки в России – это геополитическая задача позволяющая поднять аграрный комплекс нашей Родины и поставлять на международные рынки не сырьевые агроресурсы, а продукты высокой степени переработки. Каждая стадия переработки зерна это дополнительный доход и средства для дальнейшего развития. Мнение аграриев, что их задача вырастить продукцию и продать зерно с поля – экономически утопична. Для того, чтобы это понять необходимо посмотреть маржинальную наценку, получаемую различными операторами рынка. В идеале надо реализовывать готовый продукт. Некоторые агрохолдинги Краснодарского края уже открывают свои магазины в городах-миллиониках. Это позволяет им аккумулировать доходность всех звеньев цепочки от поля до прилавка. Глубокая переработка зерна это новый уклад пищевой промышленности и перспективы для производства традиционной пшеницы с высокой нормой рентабельности. Причем, перспективны отечественные разработки подмосковного биокластера, которые находятся в стадии опытного образца. Иностранные технологии имеют промышленные масштабы, но стартовый порог в 100 раз более капиталоемкий и на порядок меньший потенциал для внедрения. Мега заводов мы сможем построить до десяти, больше нет потенциала рынка по пшенице. Российское оборудование проектируется для установки в аграрных предприятиях и мукомольных заводах, что позволяет поднять рентабельностьтакихпредприятий. Именно дополнительный доход, полученный от глубокой переработки зерна, может дать недостающие деньги сельхозтоваропроизводителю для перевооружения и создать дополнительный экономический стимул для обработки земель, выведенных сегодня из севооборота. Необходимо понимать следующее: для стратегического успешного развития растениеводства в РФ, и шире, агропоселений, необходимо иметь избыточное производство зерновых. Избыточное количество произведенного зерна или дотировать производителю, как это делается на Западе под разными личинами, или направлять избыточный товар на непродовольственные рынки, как делается опять же на Западе (пример США, где потребление кукурузы на биоэтанол уже исчисляется величинами более 130 млн. тн. в год). Собственно, пример США с переработкой кукурузы показывает потенциал такого подхода, когда разделенная углеводная и белковая составляющая направляются на разные рынки – углеводная для производства биоэтанола и биопластиков, белковая (а точнее углеводно-белковая) на кормовые цели. В таком подходе нет угрозы перепроизводства для пищевых целей, но в неурожайный год можно не перерабатывать такое количество зерна на технические цели, а направить для снижения дефицита на пищевом рынке. Таким образом, глубокая переработка возможна при избыточном производстве зерновой продукции и при грамотном регулировании потребления на пищевые и технические цели выращенного зерна. Мы как страна только в начале этого необходимого пути.

- Пользуются ли у нас в России новыми технологиями для переработки зерна? Какие инновации были запущены последнее время?

- Если говорить о зерне, включая кукурузу и масличные, то реализованные проекты касаются крахмалопаточных производств, заводов по переработке сои, подсолнечника, рапса и др. маслосемян. Достаточно высокие технологии используют современные заводы групп компаний «Юг Руси» и «Астон» для извлечения более высокого процента масла. Если под зерном понимать пшеницу, рожь, то в настоящее время только в Ефремове построен завод «Каргилл», производящий нативную пшеничную клейковину, и в Московской области есть опытное производство малой мощности, позволяющее разделить белковую и углеводную составляющую пшеницы. Строительство перерабатывающих мощностей по западным технологиям очень капиталоемкое (10 млрд. руб. на 200 тыс. тонн в год), а российские технологии (30 млн. руб. на 3 тыс. тонн в год) пока не доведены до промышленного образца, видимо, поэтому реализация проектов откладывается. Планы по реализации западных крупных заводов глубокой переработки есть. Так в Орловском районе Ростовской области планируется начало строительства завода глубокой переработки зерна мощностью 300 тыс. тонн по сырью. Стоимость проекта 10 млрд. руб. Об этом заявлял на конференции ИДК весной министр сельского хозяйства Ростовской области Вячеслав Василенко. До 2017 года в Алтайском крае собираются инвестировать 19 млрд. руб. в переработку зерна включая два проекта глубокой переработки. О желании построить завод глубокой переработки в 2014 году заявлял «Баганский холдинг» в Новосибирской области и т.д. Эти проекты в основном используют западные технологии переработки, и проблема есть в ограниченности рынка. Получение продуктов переработки с высокой добавленной стоимостью должно поднять погектарный спрос и застраховать аграриев от резких колебаний цен на рынке. Продукты переработки пшеницы востребованы в животноводстве (стартовые корма), а также пищевой, биополимерной, целлюлозно-бумажной промышленностью.

- Насколько планомерно внедряются у нас инновации в сельское хозяйство?

- Планомерно технологии внедряются там, где есть плановое хозяйство. В нынешней России это процесс скорее хаотичный, завязанный на доступе к дешевым кредитным ресурсам и инвестициям из других отраслей. Такое положение вполне объяснимо, ввиду низкой доходности российских аграриев с гектара. Разница между доходами агросектора в США, Европе и России (по моим расчетам, основанным на индексах «Агроспикера») составляет порядка 3,5 раза. Такой большой разрыв образуется из-за более чем скромных дотаций отечественным с/х производителям на гектар, неразвитостью переработки, низкого платежного уровня населения, дорогой логистики перевозок аграрной продукции. Объективными составляющими являются только природно-климатические особенности России (влагообеспеченность и теплообеспеченность). Разрыв в доходах вызывает такие последствия, как слабое внедрение интенсивных агротехнологий, отставание по энергонасыщенности техники, недовнесение удобрений, нарушение севооборотов, отставание отечественного семеноводства, эрозионные процессы почв, выход земель из обработки (в первую очередь затратных), что в еще большей степени усиливает отставание сельского хозяйства России от развитых стран.

- Какие Вы можете назвать технологии комплексной переработки зернового сырья, используемые сегодня, какие только внедряются, но не получили пока определенного развития? Ваши прогнозы на будущее?

- В целом масличный комплекс развит на хорошем уровне и есть планы развития рынка в юго-восточных регионах европейской части России, где есть потенциал получения более высокого валового сбора масличных, но нет в логистической доступности перерабатывающих мощностей. Так Холдинг «Солнечные продукты» осуществляет строительство завода в Саратовской области. Есть планы по строительству крахмалопаточных комбинатов у многих операторов рынка в различных областях России. Отстает пока переработка традиционной культуры – пшеницы. Мукомолы имеют не высокую рентабельность, и это существенно сказывается на доходах аграриев. Именно в области глубокой переработки пшеницы есть потенциал развития растениеводства. Отличительной особенностью развития переработки пшеницы в России мне видится разделение углеводной и белковой части зерна для пищевых целей, а не производство биотоплива. Такой путь развития позволит получать здоровые полезные продукты: быстрого приготовления, чипсы, снеки, функциональную еду для детей, спортсменов и больных. Создать производство своих стартовых кормов для животных и рыб. Предоставить пищевой промышленности не модифицированный белок отечественного производства. Создать сырьевую базу для производства биопластиков.

Источник