Как суд может встать на сторону мнения присяжных заседателей, когда научные сообщества опровергают их суждения? Разбираемся на примере Monsanto и Johnson & Johnson

 

Две недели назад калифорнийский суд присяжных постановил, что глифосат - наиболее широко используемый гербицид в мировой сельскохозяйственной промышленности, стал причиной неходжкинской лимфомы у 46-летнего школьного садовника Дуэйна Джонсона, который часто применял в своей работе Roundup Pro от Monsanto, содержащий глифосат.

Monsanto было приказано выплатить 289 миллионов долларов США за ущерб.

В прошлом месяце суд присяжных в Миссури принял сторону 22 женщин, которые утверждали, что порошок с тальком вызвал у них рак яичников. Johnson & Johnson было приказано заплатить истицам почти 4,7 млрд долларов США. Однако, ученые не смогли окончательно установить связь этих препаратов с раком. И канадские регулирующие органы здравоохранения, наряду с правительствами всего мира, по-прежнему разрешают использовать оба продукта.

Как же суд присяжных может быть настолько уверенным в чем-то, когда ученые и регулирующие органы придерживаются противоположной точки зрения? Ответ лежит в стандарте доказательной базы.

«Ни в коем случае никто не должен воспринимать эти решения суда присяжных, как окончательный вердикт того, что эти вещи вызывают рак», - сказал Скотт Финдли, биолог из Университета Оттавы, который также изучает взаимосвязь между наукой, политикой и правом и является соавтором «Научного руководства для канадских судей».

В гражданском судебном разбирательстве присяжным считается возможным взвешивать и оценивать доказательства иначе, чем ученым, и иначе, как если бы они работали в рамках уголовного дела. Их просто просят принять решение о балансе вероятности. Вызвало ли это рак истца? «Я не уверен, но я так считаю», - так посоветовал говорить присяжным, желающим встать на сторону истца, один из адвокатов Джонсона Брент Виснер, пояснив, что это стандартный ответ.

«Таким образом, вы видите, что здесь есть потенциальная проблема. В гражданском судопроизводстве на самом деле довольно низкий стандарт», - говорит Скотт Финдли.

Но ученые используют совершенно другой стандарт доказательства при принятии решения о том, что что-то вызывает рак. «Когда ученые исследуют гипотезы о причинах, презумпция состоит в том, что A не вызывает B, и эта презумпция будет устойчивой, если не будет достаточно убедительных доказательств, чтобы опровергнуть ее», - сказал Финдли.

В конце концов, присяжные сами решают, в какую науку и каким экспертам верить. Судья Сюзанна Боланос ясно сказала об этом присяжным в деле о глифосате. «Вам решать, учитывать ли показания эксперта и использовать их в качестве основы для своего решения», - заявила она присяжным. - «Вы можете верить всему, частично или ничему из свидетельств эксперта».

Но что, по мнению общественности, предпочтительнее, когда регулирующие органы не согласны с риском?

В 2015 году экспертное учреждение Всемирной организации здравоохранения, Международное агентство по исследованию рака (IARC), классифицировало глифосат как «вероятно канцерогенный для человека».

Но в обзоре в прошлом году Министерство здравоохранения Канады (Health Canada) пришло к выводу, что глифосат «вряд ли будет представлять риск развития рака у человека».

IARC обозначает использование порошка для тела на основе талька в лобковой области как «возможно канцерогенное для человека».

Но Health Canada ограничивает только тальк в детских продуктах.

Маловероятно, что ученые когда-либо получат окончательные ответы на вопросы о риске для здоровья человека от широко используемых химических веществ. Это потому, что неэтично проводить исследования на людях, преднамеренно подвергая их возможной опасности.

«Но это не значит, что мы не должны действовать в отношении доказательств, которые у нас есть», - говорит Финдли. - «Кто-то должен решить в конце концов, сколько положительных доказательств должны перевесить негативные доказательства, прежде чем мы захотим сказать «хорошо», когда дело касается о принятии решение относительно продуктов, которые, якобы, могут вызывать рак. Вот почему нам надо иметь два разных и независимых регулирующих органа, принимающих иногда совершенно разные решения».

В этих судебных делах также поднимается вопрос о дуэльной науке. В испытаниях талька и глифосата юристы с обеих сторон «пускали в бой» разные научные методы, применяемые в оценке веществ, и использовали потенциальные конфликты интересов среди исследователей. «Вы можете проектировать исследования, чтобы показать, что что-то не вредно и, может быть, даже очень полезно», - сказал Колин Сосколн, эпидемиолог из Университета Альберты. Он говорит, что судебные дела могут помочь выявить, как можно манипулировать наукой. «Многие дела разрешаются вне суда и эти случаи не выносятся на публичную дискуссию или научную дискуссию. Но эти случаи, где господствуют суждения, все-таки относятся к научной дискуссии, и мы действительно можем увидеть все доказательства, которые были получены в процессе», - говори Сосколн.

Неопределенность в науке и в юридических вопросах приводит к тому, что обе компании объявили о планах подачи апелляции, в то время как другие истцы уже направляются в суд с требованием возмещения ущерба как от глифосата, так и от порошка с тальком.

Вернер Бауманн, генеральный директор компании Bayer, которая приобрел Monsanto в июне, сообщил аналитикам, что сейчас компания сталкивается с 8 000 претензий от истцов в США. «Эти цифры могут увеличиваться или уменьшаться с течением времени, но мы считаем, что это число не свидетельствует о достоверности дел истцов», - сказал Бауманн.

«Глифосат не вызывает рак. Приговор был неправильным, мы будем обжаловать мнение суда присяжных и продолжать энергично защищать глифосат, который является важным инструментом для фермеров и других», - сказал вице-президент Monsanto Скотт Партридж в своем заявлении.

«Мы уважаем юридический процесс и сочувствуем тем, у кого диагностированы какие-либо формы рака, но мнение суда присяжных не является медицинскими, научными или нормативными заключениями о продукте», - сказала Кэрол Гудрич из Johnson & Johnson Consumer Inc. – «На сегодняшний день ни один вердикт против нас не был оставлен в силе после апелляции. Мы будем продолжать использовать все доступные апелляционные средства для защиты детского порошка Johnson & Johnson, потому что он не содержит асбеста и не вызывает рак яичников или мезотелиому».

(Источник: www.cbc.ca. Фото: Mal Langsdon / Reuters).