Они требуют дополнительных методов

 

 

Молекулярно-генетические методы порой не столько проясняют, сколько запутывают картину эволюции, и особенно это касается тех периодов, когда древо жизни быстро и активно ветвилось, то есть когда одновременно появлялось и развивалось множество новых видов, пишет К. Стасевич (compulenta.computerra.ru).

Когда ДНК-технологии стали набирать силу, одними из первых, кто им обрадовался, были специалисты, занимающиеся филогенезом, то есть эволюцией, происхождением видов, родственными связями между разными группами живых организмов, — в общем, те, кто восстанавливает историю жизни на Земле.

Еще бы они не обрадовались! Те же родственные связи между видами теперь можно было бы определить гораздо быстрее и проще, сравнив последовательности ДНК.

Сейчас, однако, ученые уже сами не знают, куда деваться от этих ДНК-технологий. Дело не столько в огромном количестве информации, сколько в том, что данные начинают противоречить друг другу. В последнее время все чаще появляются статьи, опирающиеся на одни и те же ДНК-технологии, но при этом с кардинально противоположными выводами. Так, исследователи до сих пор не могут разобраться с генеалогией губок: одни говорят, что губки — это чуть ли не предки двустворчатых моллюсков, другие — что они отпочковались от независимой ветви на филогенетическом древе моллюсков, а потому современных моллюсков нельзя выводить от губок.

Проблема противоречащих друг другу эволюционно-генетических данных привлекла внимание Леонидаса Салихоса и Антониса Рокаса из Университета Вандербильта (США). Ученым удалось ее решить, о чем они сообщили в уважаемом журнале Nature. Объектом исследования послужили дрожжи: авторы работы проанализировали более тысячи генов (примерно 20% генома дрожжей) у двадцати трех видов этих грибов. Секрет заключался в одновременном анализе и сопоставлении: оказалось, что история индивидуального гена отличается как от историй его «соседей по геному», так и от истории развития всей их совокупности.

Молекулярные методы исследования, по словам Салихоса и Рокаса, дают осечку тогда, когда с их помощью исследуют периоды очень быстрого видообразования. Взять, например, так называемый Кембрийский взрыв, случившийся примерно 540 млн лет назад: в это время на Земле возникло великое множество новых видов, причем без очевидных предшественников. До этого, примерно 580 млн лет назад, организмы на Земле были довольно простыми, одноклеточными, в лучшем случае образующими колонии. То есть эволюция, видообразование во время Кембрийского взрыва ускорились чрезвычайно.

Много дискуссий вокруг молекулярно-генетических данных возникает как раз относительно таких периодов, когда древо жизни начинает интенсивно ветвиться. Проблема в том, что (как уже сказано) в этот момент развитие разных блоков генома идет с разной скоростью, и, взятые по отдельности, они противоречат общей картине развития. То есть, например, один вид в целом родствен другому, а вот какая-то группа генов у него ближе уже третьему виду.

Это, разумеется, не повод отказываться от ДНК-технологий в эволюционных исследованиях, просто нужен еще какой-то инструмент для их тщательной обработки. Исследователи как раз и предлагают в статье математический метод, который позволил бы сгруппировать молекулярно-генетические данные по их эволюционной роли, вместо того чтобы относиться одинаково ко всем им. Однако при этом авторы оговариваются: чем дальше в глубь веков, тем вообще менее надежными становятся данные, полученные с помощью ДНК-технологий. Поэтому совсем уж седую древность лучше изучать с помощью радиоизотопного анализа, который с куда большей четкостью определит время появления той или иной группы ископаемых организмов.

 

Проблема родственных связей губок и моллюсков в том, что указанные три группы животных развивались одновременно очень быстро и при этом очень-очень давно (рисунок Antonis Rokas / Vanderbilt University)