Печально известный инсектицид приумножает влияние альцгеймерической генетической мутации и повышает содержание в нейронах белков, связанных с нейродегенеративными процессами

 

 

У инсектицида ДДТ — трихлорметилди(п-хлорфенил)метан — сложная судьба. До поры до времени он считался избавителем от малярии и не только: с помощью ДДТ (или «дуста») можно освободиться от широкого спектра вредителей и переносчиков, предотвратить потери урожая и эпидемии. С другой стороны, ДДТ небезвреден для других животных и, по-видимому, для человека, пишет К. Стасевич (compulenta.computerra.ru).

Спор о вреде и пользе ДДТ начался с книги Рэйчел Карсон «Безмолвная весна» и не утихает по сей день. Если негативное влияние ДДТ на экосистемы уже более или менее доказано (он действительно убивает рыб и эмбрионы птиц, подавляет рост водорослей и при этом очень устойчив к разложению), то данные, касающиеся влияния на нас с вами, остаются довольно двусмысленными. Очень может быть, что это умеренный канцероген; возможно, он подавляет иммунитет.

Исследователи из Университета Ратджерса вместе с коллегами из Университета Эмори (оба — США) внесли посильный вклад в ухудшение репутации ДДТ. В статье, опубликованной в JAMA Neurology, Джейсон Ричардсон (Jason R. Richardson) и его коллеги сообщают, что этот инсектицид провоцирует болезнь Альцгеймера.

На чем же основаны выводы ученых? Во-первых, 74 из 86 пациентов с болезнью Альцгеймера, участвовавших в исследовании, имели избыточное содержание DDE (метаболита ДДТ) в крови: по сравнению со здоровыми людьми уровень DDE был повышен в четыре раза.

Во-вторых, если к зашкаливающему уровню DDE прилагался мутантный ген ApoE, который повышает вероятность возникновения болезни, то когнитивные ухудшения были намного сильнее, чем при отсутствии гена: иными словами, инсектицид усиливал действие мутации.

В-третьих, и ДДТ, и DDE увеличивали в нейронах количество белков, связанных с появлением знаменитых альцгеймерических бляшек, означающих поражение и деградацию нервной ткани. То есть влияние инсектицида и продукта его разложения подтверждено не просто корреляцией между ними и симптомами болезни, но и молекулярно-клеточными данными.

С другой стороны, сами авторы работы признают, что нужно подробнее исследовать связь между ДДТ и вышеупомянутым альцгеймерическим геном: без этого невозможно понять, как именно инсектицид усиливает нейродегенеративные процессы. Считается, что в болезни Альцгеймера сходится несколько факторов, и генетическая предрасположенность взаимодействует тут с нюансами среды. А ДДТ — довольно устойчивый средовой фактор: хотя в США его уже несколько десятилетий не используют, инсектицид продолжают применять в других странах; кроме того, недавно было решено продолжить борьбу с малярией в Африке именно с помощью этого вещества — за неимением лучшего средства. ДДТ легко путешествует по миру и, как было сказано, очень устойчив к разложению, поэтому не удивительно, что до сих пор его присутствие можно обнаружить в организме 75—80% жителей США (где, напомним, от ДДТ отказались 30 лет назад).

Стоит также сказать, что это не первый случай, когда ДДТ связывают с нейродегенеративными процессами: так, в 2011 году в журнале Neurotoxicology вышла статья, в которой все тот же Джейсон Ричардсон и его коллеги писали о том, что ДДТ повышает риск болезни Паркинсона.

Впрочем, хотя искушение обвинить ДДТ в росте числа больных нейродегенеративными синдромами велико, не будем забывать, что связь инсектицида со многими заболеваниями, которые на него пытались «повесить», так и не подтвердилась, поэтому лучше уж дождаться дополнительных исследований на эту тему.

 

На заставке фото с сайта en.academic.ru