Стране явно необходимо вкладывать в охрану экологии больше средств на федеральном уровне

 

 

Для российского государства экологические проблемы — это непростая тема, которую дополнительно осложняет тяжелое наследие советских времен. Внимание российских и международных экологических организаций привлечено к множеству тем — от последствий чернобыльской ядерной катастрофы 1986 года (сам Чернобыль сейчас находится на территории Украины) и высыхания Аральского моря до зависимости России от добычи природных ресурсов. Россия, благодаря своему размеру (она остается самой большой по площади страной в мире, и ее территория охватывает девять часовых поясов), а также своим природных богатствам и своей экономической мощи, бесспорно, серьезно воздействует на состояние мировой экологии.

После распада Советского Союза ситуация с защитой окружающей среды в России серьезно изменилась. Некоторые из этих перемен была явно положительными. Например, с 1991 года был принят ряд законов в области экологии, а в российской Конституции зафиксировано право каждого на благоприятную окружающую среду. Тем не менее, и то, как эти законы соблюдаются и применяются, и эффективность российской судебной системы продолжают вызывать вопросы.

За последние 20 лет деятельность по мониторингу и регулированию ситуации в сфере экологии тоже стала выглядеть иначе, чем раньше. В 1990-х годах шел процесс постоянного ослабления и «деэкологизации» немногочисленных государственных структур по защите окружающей среды, которые смогли приобрести влияние в бурный период конца 1980-х и начала 1990-х годов. Особенно явно эта тенденция проявилась в 2000 году, когда был закрыт Государственный комитет по охране окружающей среды (Госкомэкология) и его функции были переданы Министерству природных ресурсов, основные функции которого связаны с разработкой естественных богатств страны.

Этот шаг подтвердил подозрения многих экологов о том, что правительство считает приоритетом не охрану экологии, а эксплуатацию природных ресурсов. В дальнейшем перемены происходили также в 2004 и 2008 годах, в рамках проводившихся президентом Путиным более широких изменений в структуре государственных институтов, однако независимых экологических ведомств в России больше не появлялось.

Сейчас в ведении российского Министерства природных ресурсов и экологии действуют две федеральные службы, занимающиеся мониторингом окружающей среды (Росгидромет) и природопользования (Росприроднадзор). Помимо них существуют министерские службы, следящие за лесными, водными ресурсами и полезными ископаемыми. Кроме того, ряд департаментов министерства вырабатывает нормы и правила, а также осуществляет охрану окружающей среды. При этом более или менее постоянно идущие последние 20—25 лет перестановки в экологических министерствах, ведомствах и департаментах, а также серьезное сокращение их сотрудников неминуемо сказываются на эффективности этих структур.

Перемены на федеральном уровне дополнительно осложняют региональную картину, в которой из-за огромного размера России и разнообразия ее регионов и без того трудно выявить общие тенденции. Скажем, реакция субъектов Российской Федерации на отмену федерального финансирования сильно различается от случая к случаю. Некоторые из них создают взамен свои институты, а некоторые решают не проявлять активности.

Альтернатива государственным институтам, потенциально способная справляться там, где они терпят неудачу, — это экологические НКО и частный бизнес. С 1991 года они развивались по нескольким разным траекториям.

У специализированных организаций — таких, как российский Greenpeace и WWF-Россия, —  есть ресурсы и знания, позволяющие заставлять власти отвечать за их действия и их политику. Однако в последние годы, как сообщают Greenpeace и норвежский фонд «Беллона», правительство активно препятствует их деятельности.

Другие движения тесно связаны с государством, что неминуемо заставляет их занимать не столь критичную позицию (так себе ведут отделения Всероссийского общества охраны природы, и в частности его санкт-петербургское отделение). Мелкие региональные организации занимаются в основном сугубо местными проблемами.

В результате Россия получила расколотое экологическое движение, неспособное объединиться и работающее в неприязненном, а иногда откровенно враждебном политическом окружении. Аналогичная картина существует и в частном секторе, хотя некоторые крупные компании, особенно прочно привязанные к международным рынкам, потребители на которых, по-видимому, больше озабочены экологическими и этическими вопросами, демонстрируют готовность заниматься проблемами экологии.

Таким образом, российская природоохранная инфраструктура остается сравнительно слабой. Наиболее пессимистические прогнозы, звучавшие после роспуска Госкомэкологии и предполагавшие более или менее полный провал мер по защите окружающей среды, не осуществились. Однако стране явно необходимо вкладывать в охрану экологии больше средств на федеральном уровне, выработать последовательную региональную стратегию и способствовать укреплению как независимых экологических организаций, так и зарождающегося у российских корпораций чувства ответственности за экологию.

 

Источник: Джонатан Олдфилд (Jonathan Oldfield) Russia’s crumbling environmental safeguards — The Conversation (Великобритания) / www.inosmi.ru

 

На заставке фото А. Зелятрова