С 1 января 2017 года вступает в силу ГОСТ по добровольной сертификации органического производства

 

Добровольная сертификация органической продукции начнется с 1 января 2017 года. Такую новость озвучили в ходе Круглого стола, который прошел в рамках VII Межрегиональной агропромышленной выставки «Экопродукты Урала-2016» на тему: «Минимизация экономических рисков при производстве и сбыте экопродукции».

Доктор юридических наук, проректор по научной работе и инновациям Уральского аграрного университета Борис Воронин выступил модератором Круглого стола.

— Актуальность сегодняшней проблемы обуславливают несколько моментов, — пояснил г-н Воронин. – Первый — пока Россия является членом Всемирной торговой организации, по правилам которой должно быть налажено жесткое регулирование государственной поддержки АПК. С 2017 года мы должны снизить затраты на сельское хозяйство с 9 млрд долларов до 4 млрд.

Напомним, что внутренняя поддержка, по правилам ВТО, делится на три корзины: зеленая, желтая и голубая. Основной принцип распределения мер по корзинам зависит от того, оказывают ли меры искажающее воздействие на торговлю или нет, передает пресс-служба Союза органического земледелия. Зеленая корзина – это те меры поддержки, которые не оказывают искажающего влияния на торговлю и могут применяться без ограничений, так называемая разрешенная поддержка.

Меры «зеленой» корзины должны отвечать следующим фундаментальным требованиям: не оказывать искажающего влияния на внешнюю торговлю, осуществляться за счет финансируемых из государственного бюджета правительственных программ, не предусматривать перераспределение средств потребителей, не предусматривать поддержание цен производителей.

В Приложении 2 к Соглашению по сельскому хозяйству ВТО приведен примерный перечень правительственных программ и мер, направленных на поддержание цен производителей. В этот перечень входят: научные исследования; борьба с вредителями сельского хозяйства; подготовка кадров; услуги по продвижению товаров на рынках; услуги по общедоступному инфраструктурному обеспечению (электроснабжение, дороги, водоснабжение, дренажные системы, охрана окружающей среды и др.) при условии, что в расходы по услугам не включается субсидирование инфраструктуры внутри фермерских хозяйств; финансовое участие правительства в программах страхования и обеспечения доходов; помощь при стихийных бедствиях; программы региональной помощи. Правительства обязаны уведомить об этих мерах и регулярно информировать Секретариат ВТО об их реализации. Приложение 2 к Соглашению по сельскому хозяйству ВТО содержит подробные методические указания в отношении этих программ.

— Во-вторых, 2017-й объявлен годом экологии, годом охраны окружающей среды, — продолжил г-н Воронин, — поэтому, не дожидаясь 2017 года, мы уже сегодня должны думать и говорить об экологизации сельскохозяйственной деятельности, одно из направлений которого – органическое сельское хозяйство. Мы с вами знаем, что сегодня полностью обеспечиваем продовольственную безопасность России, то есть насытить «желудок» страны уже можем. Поэтому встает вопрос о том, что нужно начать выращивать новую в качественном отношении, экологически чистую продукцию с заданными оздоровительными свойствами.

Тема производства экологически чистой безопасной продукции еще не имеет тренда в России, о ней пока только говорят. А начиная разговор, нужно понимать, что социальным и биологически значимым сектором «зеленой» экономики в настоящее время становится производство органической сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия, считает г-н Воронин.

Что такое органическая сельхозпродукция? Сегодня многие сельхозпроизводители грешат тем, что бездумно клеят на свою продукцию наклейки «экопродукт», «биопродукт». Расшифруем понятие. Это натуральная продукция, произведенная в определенных зонах сельхозпроизводства из сырья растительного и животного происхождения, а также пчеловодства, лесного хозяйства, которое выращивается, производится, перерабатывается и сертифицируется, маркируется, сохраняется и реализуется по правилам органического производства. То есть имеющая биологически ценные качества и оздоровительные свойства, предназначенные для потребления.

— Вот если в хозяйстве 20 лет не применяли синтетические и химические удобрения, значит, поля соответствуют такому требованию? Ничего подобного. Конечно, главный критерий – отсутствие химических удобрений. Но если накануне там прошел кислотный дождь, и «вся таблица Менделеева» попала в эту землю, значит, ни о каком органическом земледелии не может быть речи, — рассказал г-н Воронин.

Органическая сельхозпродукция выращивается только там, где сертифицирована ферма, почва и питьевая вода на корм птицам и скоту, а также сама продукция, которая раз в два года должна подтверждать свою сертификацию. Все эти факторы в совокупности говорят о том, что развивать органическое земледелие не так-то просто, и, прежде всего, затратно.

В рамках норм органического производства не используются химические удобрения, средства защиты, гормональные добавки, наноматериалы, генномодифицированные компоненты, но отсутствие подкормок создает дефицит микронутриентов и приводит к тому, что мы получаем продукт органический, но лишенный полезных веществ.

В этом контексте важно, какую позицию в этом вопросе займет государство. Его задача – пресекать и предотвращать неоправданную асимметричность в распределении информации о продукции и ее свойствах производителям и потребителям.

— В России необходим федеральный закон, который бы четко определил затраты на сертификацию, на ценообразование и другие требования. В настоящее время органическое сельское хозяйство практикуется в 160 странах мира, в 84 странах действуют собственные законы, а в десятках других стран разрабатываются статьи и законопроекты. В России пока такого закона нет. В первом чтении он проходил, а потом затерялся в Думе, и пока проект по нему не реализован, — говорит г-н Воронин.

Тем не менее, региональные законы об органическом сельском хозяйстве были приняты в отдельных субъектах России, к примеру, в Ульяновской области и Краснодарском крае. В Свердловской области проект закона был подготовлен полтора года назад, и пока он ждет своего часа. По словам г-на Воронина, на самом деле не все регионы способны пройти жесткие требования, предъявляемые к органическому земледелию, поэтому к этому вопросу нужно подходить комплексно.

Необходимо учитывать, что сегодня в мире производится порядка восьми миллиардов экопродукции, и ежегодно ее число растет. Поэтому есть возможность, что население всех развивающихся стран постепенно будет переходить на экологически безопасную продукцию. По экспортным оценкам через пять-десять лет от всей продукции мирового рынка около 20% составит доля экологически чистых продуктов.

Кроме того, примерно 140 миллионов гектар земель используется для экопродукции во всем мире. В России же насчитывается 122 миллиона гектар пашни, 380 миллионов из них – сельхозугодья, а 40 миллионов гектар вообще выбиты из аграрного производства, значит, у страны есть большой потенциал для развития органического земледелия.

— Хотел бы заострить внимание на нормативном регулировании – на том, что сегодня уже официально принято в Российской Федерации, — сказал г-н Воронин. — Так, В 2001 году вышло Постановление главного санитарного врача РФ №36, а в 2008 году в него ввели раздел «санитарно-эпидемиологические требования к органическим продуктам». Поэтому закон о производстве экологических продуктов пока не действует с биологической точки зрения. В 2014 году были введены в обиход некоторые термины и понятия. С 2015 года действует ГОСТ-56508-2015 о Правилах производства, хранения, транспортирования продукции органического производства.

Однако ГОСТЫ, в отличие от закона, представляют собой только требования, правила производства, хранения, перевозки и переработки с позиции безопасности здоровья человека. А закон предполагает денежные расходы и, конечно же, наказания.

С 1 января следующего года вступает в силу новый национальный стандарт ГОСТ-57022-2016 «Продукция органического производства. Порядок проведения добровольной сертификации органического производства». Он регламентирует единые правила сертификации, которая, однако, остается добровольной.

Таким образом, вырисовывается несколько проблем – во-первых, сертификация и те затраты, которые она за собой влечет, затем ценообразование, и в-третьих, то, что сегодня большинство развивающихся агрохолдингов не могут работать без использования агростимуляторов, химзащиты, премиксов, добавок, витаминов и так далее, иначе они не смогут рентабельно работать. Поэтому производить экологически безопасную продукцию – это в первую очередь удел фермерских хозяйств.

В таком случае, само собой разумеется, что урожайность без агростимуляторов и средств защиты у таких хозяйств будет меньше, поэтому здесь нужно решить вопрос с ценообразованием, то есть стоимость экологически чистой продукции должна быть в два раза выше обычной.

— Также не менее важно проводить политику здорового питания. В России нужно выстроить систему магазинов по продаже экопродукции и формировать мировоззрение населения о том, что нужно заботиться о здоровье, — подчеркнул г-н Воронин.

Комментарии:
Алексей Дудник, доктор экономических наук, профессор кафедры экономики Курганской сельхозакадемии им. Т.С. Мальцева:
«Из большого числа терминов (органик, натур, био) стандартизирован объем понятий, например, термин органическая продукция, тогда как термин экопродукция стандартизацию не прошел. Добровольная сертификация органической продукции, которая начнется с 1 января 2017 года, будет способствовать тому, что вместо вольного использования разных терминов появится цивилизованный и более упорядоченный подход.

В то же время, развивая производство и сбыт экопродукции, следует иметь в виду, что эта группа продуктов достаточно активно мифологизирована. Одно из наиболее частых убеждений относительно экологически чистых продуктов заключается в том, что они более полезны для здоровья. Так ли это всегда и везде по определению, нет четкого ответа».

Михаил Карпухин, к. с-х. наук, декан факультета агротехнологий и землеустройства Уральского аграрного университета:
«Органическую продукцию можно рассматривать как альтернативу генно-модифицированным продуктам, которые уже повсеместно производятся в странах мира, но запрещены в России с нынешнего года. А для экологически безопасных продуктов в Европе и Америке не хватает посевных площадей, которые как раз есть в большом количестве у нас. Поэтому в перспективе экспорт экологически чистой продукции может в больших количествах поступать от нас, чтобы кормить население не только нашей страны, но и других государств не только полезными продуктами, но и с высокими вкусовыми качествами».