Что же нам делать?

 

Чем ближе дата рассмотрения Госдумой документа о присоединении России к ВТО, тем больше дискуссий о том, чем нам всем грозит это самое вступление. Одна из проблем, отмечают специалисты, — будущий оборот генно-модифицированной (ГМ) продукции на территории РФ. 
С одной стороны, ученые и аграрии успокаивают, что бояться трансгенной продукции не стоит — не потому что она не опасная, а потому что речи о том, что вместе с ВТО Россия открывает границу и ГМ-продуктам, пока не идет.

Тем не менее, вступление в ВТО ставит перед Россией вопрос: какую стратегию выбрать относительно импорта и производства ГМ-продукции? 

 

Закрыться или рискнуть догнать Америку?

Аббревиатура ГМО (генетически модифицированный организм) не дает миру покоя уже, как минимум, около 15 лет, с тех пор, как производство трансгенной продукции было поставлено на промышленные рельсы — сначала в США, а потом во многих других странах.

Россия официально своих ГМ-культур не производит, а на использование импортных действуют строгие ограничения. Но вступление страны в ВТО существенно снижает торговые барьеры.

«Это не значит, что к нам сразу хлынет волна ГМ-продуктов. Но теоретически доля продукции с содержанием ГМО может увеличиться. Во многих крупных странах-производителях и пшеница, и соя, и кукуруза в большинстве своем генно-модифицированные», — сказал представитель Российского зернового союза (РЗС) Александр Рабский.

Российские парламентарии сейчас решают, как быть с регулированием допуска трансгенной продукции на рынки страны, поскольку вступление в ВТО требует соответствия международным нормам в этой сфере.

Но, по мнению экспертов, вопрос регулирования — лишь айсберг большой проблемы. В то время как многие страны достигли небывалого прогресса в сельском хозяйстве, благодаря развитию и внедрению трансгенных технологий, Россия в этом плане не то, что отстает, а просто не предпринимает никаких действий.

Кроме того, эксперты предупреждают: идея о том, что Россия свободна от ГМО — не более чем иллюзия. По некоторым данным, российские фермеры нелегально закупают ГМ-семена за рубежом и возделывают сотни тысяч гектаров трансгенной сои и кукурузы.

Подобные тенденции могут привести к тому, что России в итоге не останется другого выхода, кроме как пойти на серьезные шаги по легализации ГМ-производства, будучи целиком зависимой от западных технологий. 

 

Будет ли ГМО-атака на Россию?

Крупные мировые компании, производящие ГМ-культуры, заинтересованы, в том, чтобы расширить рынки распространения, и Россия в этом плане достаточно привлекательна. «Наши люди уже насытились импортными товарами. Но уровень жизни в стране не высокий, поэтому здесь большое значение имеет фактор стоимости», — замечает Александр Рабский.

Не исключено, что на фоне вступления в ВТО Россия может ослабить свои запреты, касающиеся ГМО, считает эксперт в области аграрной отрасли, директор подмосковного ЗАО «Совхоз имени Ленина» Павел Грудинин.

Так, на недавних парламентских слушаниях в Госдуме представитель Роспотребнадзора Геннадий Иванов, представляя доклад главного санитарного врача Геннадия Онищенко, напомнил, что согласно позиции ВОЗ ДНК ГМО не опасны для здоровья человека также как и ДНК, присутствующее в любой другой пище. По словам Иванова, российское население напугано ГМО. «Весь мир идет по пути развития производства ГМ-продукции, и у нас она также должна найти своего потребителя», — заявил Иванов.

Возможно, российские власти готовятся к тому, чтобы пустить ГМО-продукцию на территорию России, считает Грудинин. «Но к вопросам охраны здоровья эта тема отношения не имеет, здесь чисто экономический аспект. Импортировать дешевые ГМ-продукты с Запада проще, чем поднимать собственное сельское хозяйство», — говорит Грудинин.

Но если речь все-таки пока идет о способах контроля ГМ-продукции, то, по мнению эксперта, России не надо изобретать велосипед, поскольку Европа уже давно выработала стандарты контроля.

«Ограничивая производство и импорт ГМО, европейские власти не только угождают зеленым, но и защищают своих производителей, которых американцы просто задушат в случае открытия границы для ГМО», — уверен аграрий.

В Госдуме уверяют, что об открытии российской границы для ГМО речи сейчас не идет, и для России решением проблемы может быть присоединение к Картахенскому протоколу по биобезопасности. «Он действует в 163 странах, включая Белоруссию, Казахстан. Соблюдение норм этого соглашения позволит защитить российских потребителей», — пояснил депутат Госдумы Николай Герасименко. 

 

Страх аллергии и мутаций

ГМО получают путем встраивания чужого гена в ДНК другого организма, в результате чего этот организм приобретает необходимые свойства или параметры. Например, морозоустойчивость или высокую урожайность. Производство ГМ-продукции, благодаря подобным их свойствам, дешевле, что существенно снижает и стоимость продуктов питания.

Одна из самых распространенных теорий противников ГМО касается влияния на генетическом уровне на будущие поколения потребителей ГМО. Но генетики даже не берутся обсуждать такие вопросы, считая их абсурдными и указывая на отсутствие серьезных экспериментальных данных.

Еще одна из гипотетических угроз для здоровья человека, связанная с ГМО, касается рисков развития аллергенных заболеваний. Испугать обычного потребителя ГМО в данном случае проще простого. Сами по себе примеры трансгенных переносов, даже если нет данных об аллергенности полученных культур, могут вызвать у потребителя опасение: кукуруза с геном змеи, пшеница с геном скорпиона, или томаты с геном камбалы.

Ученые уверяют, что наука вполне способна разобраться с вопросами потенциальной аллергенности трансгенов уже на первоначальном этапе их производства. «При планировании эксперимента проводится биоинформационный поиск на аллергенность белков, гены которых планируются вставлять в растения. Далее проводится проверка продуктов, полученных из трансгенных растений. После проверки рисков нет», – пояснил РИА Новости главный научный сотрудник Института биологии развития им. Н.К.Кольцова РАН Александр Гапоненко.

Вице-президент РЗС Александр Корбут замечает, что трансгенные технологии позволяют не только исключать аллергенные носители, но и разрабатывать такую продукцию, которая будет свободна от аллергенов. «Например, миллионы людей страдают от аллергии на куриные яйца. Биотехнологии позволяют решить эту проблему», — говорит он.

Тем не менее, вопрос о потенциальной опасности трансгенов пока остается открытым.

В настоящее время в мире возделывается около 160 млн га ГМ-культур. Лидеры в этом направлении — США, где, как рассказал Александр Корбут, около 45% всех посевов являются генно-модифицированными.

В Бразилии под трансгенные культуры отдано 19% посевов, в Аргентине — 15%. «Практически вся Северная Америка, Южная Америка за некоторыми исключениями, Индия, Китай, Австралия, Египет возделывают ГМ культуры. В основном, это соя и кукуруза, а также хлопок», — говорит Корбут.

Тем не менее, не все страны открыты для ГМО. Так, в 2011 году, по данным ISAAA (Международной службы по освоению агробиотехнологических приложений), в Европе ГМО выращивались на площади 115 тыс. га, при общей площади пашни 179 млн га.

В России в настоящее время действует разрешение на применение в пищевой промышленности всего лишь нескольких сортов ГМ-культур. В том числе кукурузы, сои и риса. При этом производитель обязан указывать на упаковке содержание ГМО, если ГМ-доля составляет более 0,9%. 

 

Экологичность производства — в этом ли будущее России?

Что дальше? Мир не собирается отказываться от ГМ-производства. А Россия не может остаться в стороне от этого процесса, считают эксперты.

«Сейчас в мире происходят глобальные процессы по расширению применения ГМ-культур. В свое время минеральные удобрения тоже появились не под бурные восторги общества. Но мы теперь уже без них прожить не можем», — говорит Александр Корбут.

Эксперты предупреждают, что Россия рано или поздно окажется перед необходимостью легализации ГМ-производства. «По оценкам РЗС, в России уже сейчас нелегально выращивается до 400 тыс. га ГМ-кукурузы и сои. Мы повторяем историю Латинской Америки. Там тоже было запрещено производство ГМ-культур. Но не вели контроль. Кончилось это все тем, что, когда стало ясно, что все посевы сои и кукурузы генно-модифицированные, разрешили возделывать», — рассказывает вице-президент РЗС.

Ученые, работающие в области биотехнологий, настаивают на том, что Россия сама должна начать развивать ГМ-производство, пока еще не поздно. «Мы можем выиграть, только создавая отечественные трансгенные биотехнологические культуры, в первую очередь — пшеницу, сахарную свеклу, подсолнечник», — считает Александр Гапоненко.

Но аграрии сомневаются в потенциальном успехе. По мнению Павла Грудинина, Россия в области применения ГМ-технологий вряд ли уже в состоянии сравняться с Западом. «Для начала надо поднять хотя бы традиционное сельское хозяйство», — говорит Грудинин.

Зависимость России от западного ГМ-производства, считает он, неизбежна: «Как только в России начнется продовольственный кризис, а он начнется, если цена на доллар существенно вырастет, продукты станут дорогими, и мы будем, как в 90-е годы, везти из-за рубежа все, что угодно, лишь бы накормить людей».

Александр Корбут не настолько пессимистичен: «Если государство даст аграриям доступ к современным технологиям и современным сортам, то мы можем быть конкурентособными. Надо использовать те достижения биотехнологий, которые есть в мире, и на их базе создавать новые. Но это требует времени и большой бюджетной поддержки».

Не исключено, что Россия могла бы составить конкуренцию Западу, развивая органическое производство — свободное от химии и ГМО. У нас есть для этого предпосылки, считает Николай Герасименко.

«У Европы, например, маленькие посевные площади, и им надо повышать урожайность, используя разные способы. А мы можем себе позволить посевы с меньшей урожайностью, продавая потом продукцию дороже», — говорит Николай Герасименко.

Но здесь много «но». «Органика — это пища для богатых. Это не просто отказ от химии, а совершенно иные принципы земледелия», — говорит ведущий научный сотрудник центра «Биоинженения» РАН Дмитрий Дорохов.

«Это рынок богатых, очень ограниченный, который растет быстрее всего в развитых странах, где есть группы с высокими источниками дохода, — соглашается Александр Корбут. — Теоретически мы можем встать на этот путь, но он также требует дорогих технологий, и мы должны пройти сертификацию по международным стандартам».

По мнению Дмитрия Дорохова, возможно, сейчас идеален вариант сосуществования — когда есть возможность свободно выбрать способ производства продовольствия: либо традиционный, либо биотехнологический, либо органический. Этот демократический принцип законодательно закреплен во многих развитых странах.

Таким образом, и у потребителя есть выбор — какие продукты и по каким ценам покупать, и у аграриев есть возможность выбора способов производства продукции. Но, вероятно, для России такой идеал пока труднодостижим. Может быть, вступление в ВТО поможет продвинуться по этой дороге?

 

М. Селина, РИА Новости