В странах с рыночной экономикой из-за кризиса уже началась дефляция, а нам, наоборот, власти сулят инфляционный рост. Парадокс, но только на первый взгляд.На второй же — ещё одно подтверждение лохотронной природы процесса. Кризис для наших властей и «бизнеса» — достойный повод «поработать» с триллионами из госрезерва. Сегодня мы рассмотрим принцип действия основной пружины отечественной «инфляции».
Важнейшим продуктом на наших с вами столах, а, значит, и на столах многих десятков миллионов рядовых обывателей-потребителей России является хлеб. Сразу за ним идут крупы, за крупами – макароны и другие мучные изделия. Все они производятся из зерна. Но лапша хороша на тарелочке с хорошим бифштексом, а не на ушах. Поэтому копоушка нам сегодня снова понадобится.
Власти объясняют нам, что очередное повышение цен на муку, хлеб и другие продукты из зерна, которое мы недавно пережили, было вызвано повышением мировых цен на зерно. Но это неправда. Повышение цен на зерно было лишь поводом для вздувания цены на хлеб. Сейчас цены на зерно снижаются, но хлеб не дешевеет.
Наши прадеды, собрав зерно, везли его на мельницу. Сколько брал мельник за помол? Один мешок из десяти? Едва ли больше. Значит, мука была дороже зерна на 10–11%. Что мы имеем сейчас? Цена на лучшую пшеницу твёрдых сортов даже на пике подъёма не превышала 6,5 рублей за килограмм. Сейчас она значительно ниже. По какой цене наш псковский мелькомбинат покупает зерно, мне неизвестно. На их сайте есть подробный прейскурант на продаваемую продукцию. Для продавцов зерна, авторизованных на сайте, доступны цены на закупку зерна. А для всеобщего сведения опубликованы только требования к качеству зерна.
Вполне допускаю, что эти цены даже ниже 6 руб./кг. Мука же псковского мелькомбината стоит в псковских магазинах около 22 рублей. Цены на питерскую муку доходят до 30 рублей. Что это значит? Это значит, что коллективный российский мельник вместе с коллективным торговцем отбирают у крестьянина семь мешков зерна из десяти, а то и больше!!!
Вопрос: как поступили бы наши прадеды с подобным мельником? Правильно. Отвезли бы зерно на другую мельницу. Мы, к сожалению, последовать их примеру не можем. Но что-то делать надо. Если мелькомбинаты столь нерентабельны, то, может быть, надо вернуться к маленьким частным мельницам? На смех цивилизованному человечеству.
Ещё смешнее формируются цены на зерновые хлопья. Я не беру каши «Быстров», поскольку там уже не цена, а диагноз. Возьмём самые недорогие четырёхзерновые хлопья. Цена на зёрнышки ячменя, овса, ржи и пшеницы при покупке их у фермера составляет соответственно от 3 до 6 руб./кг. Те же зёрнышки, раздавленные, упакованные в коробочки и выставленные на прилавок стоят уже от 50 руб./кг. То есть производитель хлопьев уже покруче мельника будет. Он, на пару с торговцем, отбирает у крестьянина не меньше, чем девять мешков из десяти!
Фермер должен заплатить за землю, за технику, за горючее, за электричество, за посевной материал, за удобрения, за средства защиты растений, за амортизацию построек, за страховку погодных и прочих рисков, работает с тёмного до тёмного, и всё это укладывается в 3-6 руб./кг. Производитель хлопьев едва ли может значительно превзойти по затратам фермера (с фасовкой и доставкой к прилавку) и не менее 30 руб. с каждого килограмма имеет в виде сверхприбыли. Чем не база для коррупции? Именно на подобные шальные деньги, выкачиваемые из массы нищих потребителей, торгово-перерабатывающей мафии вполне по силам содержать любые ветви местной власти. Можно и губернаторскую должность купить, и лояльность судей, прокуроров, депутатов обеспечить. Против нас. За наши же обывательские деньги.
Проблема хлебных спекулянтов родилась не сегодня и не в России. Слишком велико искушение у торговцев получить сверхприбыль. А хлеб мы, потребители, купим всегда и практически за любую цену. Поэтому государство просто обязано данный сектор рынка контролировать.
В Германии в 1930-е годы пришлось ввести в обращение хлебную марку – денежную единицу, жёстко привязанную к буханке хлеба. Это позволило остановить гиперинфляцию. У немцев был подобный опыт и в веке позапрошлом. Нумизматам известна хлебная марка 1817 года. Но у этого способа борьбы с ценой на хлеб тоже есть недостатки. В Германии же современной для хлеба и продуктов из зерна установлен потолок цен в процентах к цене самого зерна.
Уверен, что при наличии политической воли можно решить данную проблему и в России.
Во-первых, необходимо применить антимонопольное законодательство, поскольку цены на муку, зерновые хлопья и другие продукты из зерна выходят далеко за рамки экономически обоснованных величин. Мы с вами содержим на наши деньги целую армию экономистов, которым вполне по силам рассчитать реальные затраты и среднюю прибыль фермеров, реальные затраты и прибыль мукомолов, пекарей, производителей хлопьев, макарон, нашей любимой лапши и т.п.
Уверен, что устранение сверхприбылей в продовольственном секторе, особенно в хлебном, способно существенно снизить инфляцию. Такая мера, кроме того, заставит мукомолов модернизировать производство и сделать его менее затратным. И, что ещё важнее, снизится коррупционная база на региональном уровне. Просто не останется в этой сфере шальных денег, на которые покупаются представители власти. Эта пожарная мера особенно актуальна в период кризиса, когда бывают полезны и антирыночные меры. Государство регулирует цены лучше, чем мафия. Если, конечно, это уже не одно и то же.
Во-вторых и, наверное, в главных, в перспективе необходимо развивать конкурентную среду в продовольственном секторе. Ведь должны же мы двигаться от бандитского «рынка» к рынку свободному! И не вернуться к принудительной распределиловке советского времени, при которой обычное состояние полок в магазинах – пустое. Сейчас конкурентной среды в продовольственном секторе, к сожалению, нет, и при нынешней системе рынка (см. во-первых) пока не может быть.
И. Борисов, потребитель, Псковская область, gubernia.pskovregion.org