Сколько стоит виза для пшеницы

16 октября 2009 в 09:48
РЗС выступает за государственную поддержку экспорта зерна. В последние годы перед Россией в полный рост встала проблема относительного перепроизводства зерна. В этом сезоне урожай будет тоже значительно выше внутренних потребностей страны. К тому же прошлогодние запасы толкают внутренние цены вниз, и мировые снижаются, поскольку зерна на планете много. В этих условиях независимые эксперты отрасли довольно единодушно высказываются за господдержку экспорта зерновых товаров. Президент Российского зернового союза Аркадий Злочевский обосновал эту точку зрения специально для спецвыпуска "РГ".

Аркадий Леонидович, почему в этом году эксперты с сомнением отзываются о целесообразности проведения государственных закупочных интервенций?

Мало кто спорит с тем, что необходимо с помощью государства разгрузить рынок от излишков зерна. Другой вопрос, как это сделать. Накопленные запасы зерна сейчас достаточно велики и у нас в стране, и в мире. В этих условиях продолжать накапливать их едва ли имеет смысл. Стоимость обслуживания одной тонны зерна из Интервенционного фонда и стоимость экспортных субсидий, необходимых, чтобы эту же тонну продать за границей, примерно равны. При этом цена хранения Интервенционного фонда рассчитывается на год. А реально держать его на элеваторах придется дольше. И обслуживание обойдется много дороже.
Поскольку видно, что в этом сезоне зерна в стране будет достаточно и предпосылок для ажиотажного спроса и резкого роста цен на зерновом рынке нет (а значит, Интервенционный фонд не потребуется для проведения товарных интервенций), эксперты склоняются к идее поддержки экспорта. Тем более что дополнительных рабочих мест хранение Интервенционного фонда создает немного, а вот развитие экспорта зерна создает выигрышные геополитические позиции для РФ.

Есть ли резервы увеличения внутреннего потребления зерна?

Резервы есть, но, к сожалению, пока не используются. Прежде всего нужна программа поддержки малоимущих слоев населения. Это большой ресурс для наращивания внутреннего сбыта. Еще одно направление развития сбыта - развитие глубокой переработки зерна. Простой пример: на текущий момент мы практически не производим модифицированный крахмал и ввозим его из-за рубежа. А там он производится из зерна. И существует целый ряд таких товаров, которые мы могли бы производить из собственного зернового сырья, но пока импортируем.

А животноводство?

Развитие производства мяса и молока требует дополнительных объемов зерновых кормов, разве не так? Животноводство может служить локомотивом спроса на зерно. Но в отдаленной перспективе. Потому что пока у нас еще статистически происходит перемещение поголовья из личных подсобных хозяйств в индустриальные животноводческие предприятия. При этом дополнительный спрос не возникает, поскольку современные технологии предполагают гораздо меньшие затраты зерна на производство килограмма мяса, чем крестьянские. Поэтому надо сначала все поголовье в животноводческие комплексы переместить, а потом начать его там наращивать. Вот только тогда в животноводстве начнется рост спроса на зерно.
Но даже если полностью заместить на прилавках импортную животноводческую продукцию отечественной, все равно серьезного дополнительного спроса на зерно мы не получим. По большому счету мы рассчитываем на развитие экспорта животноводческой продукции. Лишь в этом случае можно будет говорить о том, что животноводство в состоянии конкурировать с экспортом за отечественное зерно.

Как РЗС предлагает поддерживать экспорт?

Это целый комплекс мер. Во-первых, требуется работа торгпредств и посольств России по продвижению нашей продукции на зарубежных рынках. Во-вторых, предоставление госгарантий экспортерам. В-третьих, кредиты, привлекаемые для экспорта, могли бы выдаваться по льготным ставкам. В-четвертых, на часть товарных позиций в условиях обостренной конкуренции нужно распространить прямое экспортное субсидирование. Можно и нужно говорить и о прямых государственных поставках по межправительственным соглашениям через механизм связанного кредитования. И, наконец, мы говорим о расширении каналов сбыта через гуманитарные поставки.
Вот та палитра мер, которую мы предлагаем для обсуждения государственным чиновникам. Все они применялись и применяются в разных странах мира. С нашей точки зрения, реализовать их в комплексе было бы оптимальным решением. Но мы не питаем иллюзий, что они все будут поддержаны. Однако уже есть поручения правительства разработать механизм связанного кредитования и загрузить информацией о российском зерне посольства и торгпредства. Получено и поручение правительства по продвижению зерна в виде гуманитарной помощи. Первые поставки уже состоялись. В частности, на Кубу отправлена партия зерна из Интервенционного фонда.
Обсуждается вопрос об изменении порядка предоставления госгарантий - включению в перечень продукции, на который такие гарантии выдаются, зерна. По остальным позициям поддержки пока нет. Особенно много вопросов вызывает предложение о государственном субсидировании экспорта.

Каким, по вашим подсчетам, мог бы быть эффект от реализации всего предлагаемого РЗС комплекса мер поддержки экспорта зерна?

В таком случае в этом сезоне мы могли бы отправить на экспорт минимум 20 миллионов тонн. Если ни одна мера поддержки экспорта зерна реализована не будет, экспорт составит 15-16 миллионов тонн.
В прошлом зерновом году экспорт достиг 22 миллионов тонн и без особой гос поддержки. Значит, произошло снижение интереса покупателей к российскому зерну. Почему? Может быть, роль сыграли аресты партий российского зерна в Египте из-за его якобы низкого качества?
Сама по себе "египетская история" базируется на незадокументированных юридически мотивах. Не на правовом фундаменте, а на эмоциях. В действительности ни одной нотификации, ни одной рекламации из Египта по российским поставкам не поступало. Есть претензии египетской прокуратуры к египетским зерновым компаниям в отношении оформления документов. Это внутриегипетская проблема. Но она вылилась в эмоциональное обсуждение. В том числе в международных СМИ. И вылилась в "черный пиар" против российской пшеницы. Через какое-то время про эту историю мы все забудем. Египет точно так же заинтересован в наших поставках, как мы заинтересованы в египетском рынке.

Но зерно в Египте действительно было невысокого качества?

Российские поставщики от "а" до "я" выполнили все требования контрактов. Никаких нарушений нет. Что у нас покупали, то мы и поставляли. Если хотите высокого качества зерно, платите деньги - столько, сколько оно стоит. У нас есть зерно любого качества. В том числе и высочайшего. Но если покупатель хочет купить что подешевле и сам жертвует качеством, какие претензии к поставщику?

Изменится ли в этом году география поставок российских зерновых товаров?

Сезон только начался, и пока рановато говорить о географии поставок. Но те страны, в которых мы уже стали традиционными поставщиками, отказываться от российского зерна определенно не будут. Однако многие из этих стран снижают объемы закупки в связи с хорошими урожаями на их территории. Но эти страны все равно будут закупать российское зерно.

В прошлом году много говорилось о перспективах выхода российского зерна на рынки стран Юго-Восточной Азии. Каковы перспективы на этом направлении?

Мы стараемся сделать все возможное, чтобы продвинуть наше зерно в эту географическую зону. Но проблем немало. Мы не готовы инфраструктурно, логистически выполнять требования этого рынка. Они жестче, чем требования к поставкам в Северную Африку или на Ближний Восток. В Японии, например, главенствует принцип "точно в срок". Они не строят при перерабатывающих предприятиях больших емкостей для хранения зерна. И работают с колес. Поэтому там ритмичность поставок и однородность качества зерна играют критически важную роль. За соблюдение этих требований они готовы платить дороже. Но мы пока не готовы соответствовать этим требованиям. То у нас вагонов не хватает, то еще какие-то проблемы. Чтобы их решить, нужны серьезные усилия и со стороны государства, и со стороны самих поставщиков. Но осваивать этот рынок сбыта необходимо - он по большому счету крупнейший в мире.

Насколько мы готовы к поставкам в Азиатско-Тихоокеанский регион инфраструктурно?

Разговоры о необходимости строительства во Владивостоке отгрузочного зернового терминала идут уже несколько лет, но оно никак не начнется.
Ряд российских и японских компаний обсуждают этот вопрос. Подобраны несколько площадок для строительства отгрузочного зернового терминала на Дальнем Востоке. Владельцы готовы обеспечить их инфраструктурой и предоставить под строительство.
Уже сам факт таких переговоров говорит об интересе в странах Юго-Восточной Азии к сибирскому зерну, к его стабильно высокому качеству.
В общем, попытка решить логистические проблемы поставщиками и покупателями совместно наиболее перспективна. Если российская компания односторонне будет строить отгрузочный терминал, нет гарантий, что она найдет сбыт. А иностранный инвестор, взяв на себя все бремя строительства, рискует остаться без зерна.

В связи с этим вопрос: сможет ли недавно созданная "Объединенная зерновая компания" со стопроцентным государственным капиталом активно содействовать развитию инфраструктуры, в том числе и на Дальнем Востоке?

Все зависит от того, будет ли она обеспечена бюджетными деньгами. Без них заниматься развитием экспортной инфраструктуры невозможно. Инфраструктурные объекты зачастую вообще не окупаются. Собственно, поэтому бизнес за решение таких задач и не берется. Поэтому участие государства необходимо. ОЗК могла бы заняться как раз такими инвестициями в логистическую инфраструктуру на условиях частно-государственного партнерства. Но для этого нужна соответствующая строка в бюджете.

В начале лета на Всемирном зерновом саммите в Санкт-Петербурге обсуждалась возможность создания причерноморского пула Россией, Украиной и Казахстаном для координации торговли зерном. У этой идеи есть будущее?

Если бы будущего не было, эта тема не поднималась бы, и тем более не поддерживалась сторонами. Когда возникла эта идея, высказывались опасения, что мы - конкуренты и никогда не сможем договориться между собой. Но для создания причерноморского пула есть фундамент объективный: в ценовой войне из-за конкуренции мы все теряем серьезные деньги - по 10-20 долларов на каждой проданной на экспорт тонне. А зачем, если можно договориться и продавать зерно в Черноморском регионе не дешевле, чем своим покупателям продают аналогичное зерно американцы или австралийцы?
Сейчас по каким-то политическим соображениям стороны могут делать шаги назад, но рано или поздно мы все равно вернемся к идее причерноморского пула. Просто потому, что это выгодно.
М. Чкаников, www.rg.ru 
Опубликовано:

В ленту раздела Архив новостей | Обсудить тему на форуме
Рейтинг: 0 Голосов: 0 834 просмотра

Популярное



Комментарии (0)