Политика аграрной неустойчивости

2 октября 2009 в 09:40
Счастливый человек имеет много проблем. У голодного только одна проблема – он голодный. Через 10 лет в мире будут голодать уже 2 млрд человек. Причем здесь экология? Оказывается, она в сельском хозяйстве приобретает ключевую роль, все больше диктуя фермерам что и как выращивать. Профессор и руководитель кафедры Международной сельскохозяйственной торговли и развития Берлинского университета имени Гумбольдта Харальд фон Вицке (Harald von Witzke) на пресс-конференции компании BASF в Людвигсхафане (Германия) прочитал лекцию о перспективах развития сельского хозяйства. Потребность в еде, по его данным, увеличится в два раза в первой половине 21 века. Однако возможности роста урожаев ограничены. До 2020 года площадь посевных площадей в мире вырастет всего на 5%. Сейчас рост урожайности сельскохозяйственных культур составляет всего 1% в год, тогда как в 1960-1980-х он в среднем составлял 4% в год. Значительно сократились и вложения в сельскохозяйственные научные исследования. В таком случае, что нас ждет в будущем?
По мнению Харальда фон Вицке изменение климата, рост производства биотоплива и высокие цены на ископаемое топливо приведут к удорожанию продуктов питания и снижению продовольственной безопасности в мире. Это может вызвать бунты в беднейших странах, как это уже было в 2008 году во время неурожая риса.
Геральд фон Вицке напомнил, что ООН планировала сократить вдвое количество голодающих в мире с 1995 до 2015 года, но уже сейчас ясно, что это невыполнимо. Современная сельскохозяйственная экономика устроена так, что богатые страны кормят бедные, поэтому, очевидно, что вся тяжесть обеспечения мира едой ляжет именно на них. Но российские чиновники утверждают, что наша страна одна из немногих, которые могут увеличить производство продуктов питания.
На вопрос AgroNews.ru действительно ли Россия сможет прокормить мир, Геральд фон Вицке ответил, что, скорее нет. Он заметил, что «у России, несомненно, есть земля, но ей может не хватит других ресурсов. В том числе воды».
С другой стороны, по мнению заместителя директора Всероссийского научно-исследовательского института экономики сельского хозяйства (ВНИИЭСХ) Анатолия Алтухова вода пока не стала в России большой проблемой и при грамотном распределении недостатка в ней не будет. Правда использование водных ресурсов оставляет желать лучшего, особенно в сельском хозяйстве. Поэтому ученый верит, что российскому сельскому хозяйству есть куда расти. «По данным FAO мы можем прокормить 1,5 млрд человек, - ответил Анатолий Алтухов. – Некоторые российские специалисты утверждают, что ресурсов нашей страны хватит на 400-500 млн жителей Земли. В любом случае, сейчас мы кормим только 70 млн, поэтому у нас есть большие возможности для роста».
Координатор генетической программы Гринпис Наталья Олиференко обратила внимание на проблему людских ресурсов, которые, как она считает, в деревне важнее технологий. «За последние несколько десятилетий произошло ухудшение кадрового состава в сельском хозяйстве, - констатировала она. - Хорошие земледельцы либо занялись более прибыльным делом, либо просто потеряли веру в сельское хозяйство. Безусловно, появились сферы, в которых мы сильно отстали. Селекции, например, у нас уже по большому счету нет, хотя наши банки семян растений могли бы стать золотым фондом для специалистов всего мира».
Пока наши селекционеры борются за выживание, их западные коллеги интенсивно осваивают новые технологии. Питер Экес (Peter Eckes), президент подразделения BASF Plant Science, работающего в области биотехнологий, рассказал на пресс-конференции, что в прошлом году 13 млн фермеров в 25 странах мира использовали семена генетически модифицированных (ГМ) растений на площади 125 млн га. С 1997 года площадь, на которой посажены ГМ растения, росла в среднем на 24% в год. 68% сои и 24% кукурузы в мире являются ГМ сортами.
Питер Экес, как большинство сотрудников компании BASF, верит, что применение биотехнологий – это единственное решение, которое обеспечит устойчивое развитие сельского хозяйства, не нанося вред окружающей среде. В качестве примера проблемы, которую могут решить ГМ растения, он привел недостаток воды. Даже на 20% территории ЕС фермеры ощущают ее недостаток. И только биотехнологии, по его мнению, могут помочь справиться с этой проблемой, ведь 70% воды в мире расходуется на полив сельскохозяйственных растений.
Наталья Олефиренко полагает, что использование ГМ сортов приведет аграриев в тупик. «Это иллюзия быстрого успеха, - прокомментировала она высказывания сторонников ГМО. - К тому же безопасность ГМ растений еще надо доказать. Их использование может поставить нас в зависимость от транснациональных биотехнологических компаний».
Вице-президент BASF SE и руководитель подразделения BASF Crop Protection в Европе, СНГ, Африке, Средней Азии Клаус Вельш (Klaus Welsch) считает, что органическое земледелие (технология, при которой не используются химические средства защиты и минеральные удобрения) наносит больший вред окружающей среде по сравнению с традиционными технологиями (с использованием сельхозхимии). Это мнение основано на системе eco-efficiency analysis, разработанной учеными BASF, с помощью которой проверили сравнение влияния органического и традиционного земледелия на окружающую среду. Для опыта была взята тонна яблок, выращенных по технологии органического земледелия, и столько же яблок, которые обрабатывали средствами защиты растений и удобряли минеральными удобрениями.
Как и ожидалось, органические яблоки стоили дороже. Но, вопреки распространенному мнению, отрицательное влияние на экологию органических яблок было сильнее, чем обычных. У органического земледелия было несколько технологических ступенек, где оно показало слабое воздействие на природу, однако по использованию площадей для выращивания одинакового количества продукции, потреблению энергии и выделению CO2 традиционное земледелие показало себя настолько лучше, что это перекрыло все другие недостатки.
В Гринпис придерживаются противоположного мнения. «В России много фермеров, которые предпочитают именно органическое земледелие, - настаивает Наталья Олефиренко. – Они, как и многие специалисты, тоже убеждены, что пестициды после обработки могут оставаться в микродозах в растениях и попадать в организм человека».
Однако у многих хозяйств нет денег даже на самые необходимые удобрения. В условиях близких к банкротству, они вынужденно стали заниматься органическим земледелием, сами того не желая. Анатолий Алтухов заметил, что в отсутствии у наших аграриев химических средств защиты растений, органических и минеральных удобрений, им надо максимально эффективно использовать имеющиеся природные ресурсы, а не заниматься дорогим органическим земледелием, которое он назвал уделом богатых. Этого можно достичь при помощи, например, ландшафтного земледелия и ресурсосберегающих технологий. Однако сейчас только 10% - 15% хозяйств имеют возможность применять их. Остальные руководствуются принципом «посеял и убрал», почти ничего не внося в почву. «Мы сегодня фактически живем за счет хищнической растраты черноземов и дешевого ручного труда», - признал Анатолий Алтухов.
Получается, что защита окружающей среды у российских аграриев пока стоит на последнем месте? В принципе, это неудивительно, учитывая, что в конце списка приоритетов находится экология и у многих наших чиновников. О том, как они заботятся об экологии, говорит один пример, рассказанный экологами и специалистами сельского хозяйства.
Два года назад у нашей страны была хорошая возможность получить прибыль от ратификации Киотского протокола. Причем доходы пошли бы именно в сельское хозяйство. Дело в том, что иностранные компании пытались получить деньги от сокращения выбросов парниковых газов в российском сельском хозяйстве, рассказал ведущий научный сотрудник Всероссийского научно-исследовательского технологического института ремонта и эксплуатации машинно-тракторного парка (ГОСНИТИ) Андрей Соловьев. Аграриям предлагали бесплатно строить установки по улавливанию метана из навоза. От агробизнеса требовалось только выделить площадь для этой системы и поставлять навоз. Каждый год животноводы получали бы прибыль в размере 10% от продаж единиц снижения выбросов парниковых газов по Киотскому протоколу. Если бы аграрии изъявили желание использовать биогаз для выработки электроэнергии, компании отдавали бы его бесплатно.
Но в итоге они вынуждены были приостановить деятельность в России, так как ни один проект в России, а их около 40, так до сих пор и не получил письма одобрения - документа, без которого невозможно получить выплаты по Киотскому протоколу.
По словам Андрея Соловьева, свертывание проектов осенью 2008 года связано не только с кризисом. «Думаю, что «пробуксовка» Киотского протокола также может быть связана с тем, что механизм реализации экологических проектов исключает возможность получения чиновниками «откатов» и взяток, - предположил он. - До конца действия Киотского протокола в России осталось совсем немного времени и пока не видно никаких подвижек в сторону успешного осуществления таких проектов в сельском хозяйстве».
Россия вообще находится среди аутсайдеров антикризисного «зеленого» финансирования, считают в WWF. «Программа ООН по окружающей среде оценила экологическую составляющую пакетов антикризисных мер в разных странах мира. Наша страна, где этот показатель составил 0%, за счет бюджетных антикризисных средств финансирует агонию неконкурентоспособных производств. По данным группы экспертов Программы ООН по окружающей среды (ЮНЕП), Россия из своего 20-ти миллиардного пакета мер ни одного рубля не инвестировала в «зеленые» отрасли», - сообщила пресс-служба WWF в одном из последних пресс-релизов.

Андрей Вежновец, ведущий специалист коммерческого отдела компании «Кубаньагропрод», два года назад намеривавшейся производить биотопливо как из навоза, так и из жмыха подсолнечника, сказал, что один комплект документов на получение выплат по Киотскому протоколу стоит $20 тыс. и производителю в одиночку собрать их сложно. Поэтому компании и занимались организованным сбором писем о намерениях. Получить прибыль можно также от продажи электроэнергии и биотоплива, но, по его словам, это не выгодно, если цена на нефть опускается ниже 100$.
Руководитель климатической программы WWF России Алексей Кокорин добавил, что хотя биодизель сейчас производить сложнее и дороже, чем солярку, обязательства по снижению выбросов парниковых газов в Европе меняют ситуацию. «Производителям предоставляются льготы, что заставляет очень серьезно задуматься о производстве в России биодизеля (из рапсового масла) для экспорта в Европу, - заметил он. - Тем более что для этого вполне подходят земли в Северо-Западном регионе, которые сейчас не используются как сельскохозяйственные».
А, например, в Индии и Китае, где бюрократические структуры оформляют выплаты за снижение выбросов как проекты Механизма чистого развития Киотского протокола, альтернативная энергетика вполне устраивает местный бизнес, утверждает Алексей Кокорин.
В общем, в России, видимо, экология, от которой, в конечном счете, зависит будущее сельского хозяйства, не интересует чиновников. Поэтому нашим потомкам придется разгребать горы проблем, которые мы оставим им после себя. Интересно, что они будут думать о нас?
И. Дашковский, www.agronews.ru 
Опубликовано:

В ленту раздела Архив новостей | Обсудить тему на форуме
Рейтинг: 0 Голосов: 0 592 просмотра

Популярное



Комментарии (0)